Коллекторское агентство обратилось в суд с иском к Территориальному управлению Росимущества в Волгоградской области. Основание долг по кредитной карте умершего заемщика на сумму около 108 000 рублей. Поскольку наследников у должника не оказалось, истец логично предположил, что его имущество стало выморочным и перешло к государству. В качестве такого актива фигурировал автобус ГАЗ 322132, зарегистрированный в ГИБДД на имя умершего. Оценочная стоимость транспортного средства составила 180 000 тысяч рублей, что перекрывало сумму долга.

Суды трех инстанций (районный, областной и кассационный) поддержали позицию коллекторов. Их логика была простой: раз автомобиль числится за умершим, значит, он является наследственной массой, а значит, Российская Федерация в лице Росимущества должна расплатиться с кредитором. Однако Верховный Суд увидел в этом подходе серьезный правовой порок, граничащий с нарушением баланса публичных и частных интересов. Изучив материалы дела, Судебная коллегия ВС РФ пришла к выводу, что суды фактически подменили понятия. Государственная регистрация транспортных средств носит учетный характер и служит для допуска автомобиля к участию в дорожном движении. Она не является актом, подтверждающим возникновение права собственности, и тем более не гарантирует физическое наличие автомобиля. Наличие сведений о государственной регистрации автомобиля за умершим не является достаточным основанием для включения данного имущества в состав наследственного имущества и признания его выморочным.

Для взыскания долга с государства суду необходимо установить три факта: принадлежность автомобиля наследодателю на праве собственности на день смерти. Реальное (фактическое) наличие этого имущества. Его рыночную стоимость с учетом технического состояния на момент открытия наследства. В данном деле суды ограничились формальным запросом в ГИБДД и не выяснили, где находится транспортное средство, существует ли оно и кто им фактически владеет. Особый резонанс в этом деле получила процессуальная позиция Волгоградского областного суда. В ходе апелляционного рассмотрения ТУ Росимущества заявило, что автомобиль мог быть продан или утилизирован. Истец, в свою очередь, подал ходатайство об истребовании доказательств в ГИБДД, подозревая, что машину перерегистрировали на новое лицо. Суд апелляционной инстанции ходатайство удовлетворил и направил запрос. Однако, не дождавшись ответа (который пришел уже после заседания 10 октября 2025 г.), рассмотрел дело и оставил решение в силе. Этот ответ, позже попавший в материалы дела, подтверждал факт смены собственника сразу после смерти должника.

Верховный Суд расценил это как «формальный подход» и указал, что суд обязан был отложить разбирательство и выяснить судьбу имущества. Игнорирование данного ходатайства привело к тому, что выводы суда не основаны на фактических обстоятельствах. Верховный Суд в своем определении сделал акцент на природе института выморочного имущества. Он предназначен не для того, чтобы расплачиваться по долгам граждан за счет бюджета, а для сохранения имущества в гражданском обороте и выполнения публичных задач. Позиция, занятая нижестоящими судами (взыскивать долги с государства просто «на бумаге»), по мнению ВС РФ, ведет к абсурду: бюджетные средства тратятся на исполнение обязательств, за которые фактически нечем отвечать. Государство вынуждено нести ответственность за активы, которые оно не получало и не могло получить (выморочное имущество переходит без акта принятия, но только при наличии самого объекта). Нарушается баланс интересов: коллекторы перекладывают на казну риск невозврата долга заемщика, не доказывая наличие самого предмета залога или актива. В итоге Верховный Суд РФ отменил все три судебных акта и отправил дело на новое рассмотрение, обязав суд первой инстанции установить факт реального наличия автобуса и его текущего собственника.

Данное определение ВС РФ важный пример для дел о взыскании задолженности с наследников, в том числе с государства как наследника выморочного имущества. Оно задает новый стандарт доказывания. Для кредиторов (банков и коллекторов): ссылка на базу ГИБДД или Росреестра без подтверждения фактического обладания вещью на день смерти наследодателя теперь не будет считаться доказательством. Истец обязан проявить должную осмотрительность и выяснить судьбу актива. Для судов: запрет на формальный подход. Если есть сомнения в существовании имущества (например, оно снято с учета), суд обязан оказать содействие в сборе доказательств, а не "штамповать" решения в пользу кредиторов. Для Росимущества: получен мощный аргумент в спорах отсутствие имущества в натуре является основанием для освобождения от ответственности по долгам наследодателя. Таким образом, Верховный Суд напомнил правовой системе простую, но часто забываемую истину: регистрация это запись в реестре, а собственность и наследство это всегда вопрос факта.